Вероникин день

Вероника проснулась от шума телевизора, который включили соседи за стеной. Было уже около часа дня.

Она еще лежала в полудреме, не хотелось открывать глаза. По телу пробегала слабость от предстоящего дня.

Постепенно Вероника открывает глаза, видит летний августовский, но хмурый день, и ей хочется еще немного поваляться в кроватке. Но этот телевизор нарушил ее покой. Как же хорошо, что ещё на дворе каникулы и сегодня, в понедельник, не нужно идти в школу! Но ведь через всего две недели её ждёт 11 класс.

Она медленно потягивается и вспоминает вчерашний день.

После сытного обеда, который приготовила для неё мама, сестра принесла три коробки шоколадных конфет с ореховой начинкой на случай, если неожиданно к ним придут гости. Но ей на её голодненький животик они сразу приглянулись. Гости обойдутся, или ещё купят конфет.

Воспользовавшись тем, что мама с сестрой ушли по магазинам, Вероника достала коробку с конфетами. Сначала для того, чтобы просто посмотреть, потом она подумала, что от одной съеденной конфеты ничего страшного не случится и достала её из коробки. Сначала она любовалась ею, предвкушая ее волшебный вкус, затем долго смаковала конфетку, стараясь не упустить всю прелесть. Потом решила съесть вторую, так как не до конца распробовала.

Закончив со второй конфеткой, она решила устроить себе праздник и съесть все конфеты, которые лежали в манящей коробке. Тем более, этого требовал животик.

С каждой следующей конфеткой ощущения вкуса были уже не такими яркими и красочными, но чувство голода не покидало ее. Вероника уплетала конфеты одну за одной, не разбирая ни вкуса, ни запаха. Она больше ни о чем не думала, кроме таких вкусных конфет.

Затем она достала и вторую коробку и тоже съела оттуда все конфеты, лёжа на диванчике перед телевизором.

Но животик никак не мог успокоиться, и Вероника пошла за третьей. Третью коробку она закончила так же быстро и незаметно, как и две остальные.

Вероника неподвижно лежала на диванчике и смотрела то в телевизор, то на гору фантиков и разбросанные по журнальному столику пустые коробки конфет. Ей уже неудобно было лежать в этой позе, но с набитым животом она даже не могла перевернуться.

«Хорошо ещё, что я в одном халатике, — подумала она. — Даже без трусиков, и на мой животик ничего не давит.»

Хоть и у Вероники от съеденного и болел живот, она была крайне объевшейся и поэтому с каждой минутой её всё больше и больше клонило в сон. Она уснула, не успев убрать следы своего маленького преступления. Сон был настолько сладок, что Вероника не заметила, как пришла ее мама.

Вот сейчас-то, об этом, хотя и не таком обильном, как раньше, не съеденном ужине и напомнил Веронике её любимый животик. Он не то, что просил, прямо требовал еды.

Она была так голодна, что готова была опустошить весь холодильник.

Вероника, сначала откинув одеяло, спустила ноги на пол и села на кровати. Хотя ей было зябко, потому что она привыкла спать голой, чтобы ничего не давило. Её махровый безразмерный халатик висел в ванной, один тапок лежал около кровати, а второй, видимо, забился под неё. Но животик торопил.

Вероника знала, что дома может быть только старшая сестра, Ольга, которая во всём ей потакала и баловала Веронику. Кстати, это она, вчера перед уходом в магазин, шепнула Вероники, где лежали конфетки.

Она осторожно, как ей казалось, ступала по холодному полу, а на самом деле, очень медленно и вразвалку, — или от тяжёлого сна, навеянного сытым животиком, или же от её веса, — вышла в коридор, где стояло большое зеркало, куда она и не преминула заглянуть. Такие визиты к зеркалу уже полгода, как она, начала набирать килограмм за килограммом, доставляли ей всю большую радость.

Веронику не смущал ее внешний вид, она уже около полгода не видела смысла, в чем-либо себя ограничивать. Как она считала, хорошего человека должно быть много. Ее пышности являлись ей очень даже привлекательными, как и ее матери, что поднимало настроение Вероники.

Вероника подошла ближе к зеркалу, чтобы полюбоваться собой. Поглаживая волосы рукой, она продолжала крутиться перед ним и разглядывать себя.

«О, второй подбородок увеличился! — заметила она про себя. — Украшение шеи, больше бус поместится. А мои пухленькие щечки делают меня ещё милее! Я такая милашка с этими пухленькими розовыми щечками! И у меня нет ни одного прыщичка, в отличие от многих моих одноклассниц. Надо будет перестать ходить с хвостиком, ведь у меня такие красивые каштановые волосы, а я их прятала. Плечи стали покатыми, не то, что у некоторых девчонок из класса, одни костяшки. Кожа на них блестит, как зеркало. Руки мои стали, как у младенца, такие же пухлые, всем очень нравятся мои руки и пальчики, они мягкие и нежные, значит, это должно понравится и мальчикам. Ну, а что касается моей великолепной груди, то мало чья так же будет выглядеть. Моя — самая большая в школе! Не каждому дано иметь столь большой размер, да при этом, чтобы она не висела. Какая же она прекрасная! А мои розовые маленькие сосочки, словно цветки на белоснежной атласной коже. Кстати, сестра мне обещала купить лифчик нужного размера, если я прибавлю ещё килограммов десять за эти две недели. А я и собираюсь это сделать! А вот и мой животик. Начинается прямо под моей грудью. Он такой мягкий, при каждом моем движении вибрирует, как воздушный шарик, такой большой, округлый, что я даже ребра уже нащупать не могу. Если бы моя грудь висела, она бы ложилась на него. Скоро он полностью спрячет под себя то место, где я должна была бы носить мои трусики. Эх, как же мне удобно с моим животиком, он иногда так помогает мне! Например, с ним не нужен столик для ноутбука или для еды, все на нем держится, а зимой он меня греет и я достаточно легко одеваюсь. Да с таким животиком можно запросто танцевать танец живота, тем более, мои пышные бока только подчеркивают его. Я была бы идеальной танцовщицей! Да и если бы не мой животик, то я бы вульгарно выглядела бы с моей большой грудью. И куда же я без него? Бёдра. С моим миниатюрным ростом и такими объемными и широкими бедрами я напоминаю шарик, в этом моя изюминка и роскошь. Я лучше всех! Кожа гладкая-прегладкая, не у каждой такая есть. Одновременно мои бедрышки уже такие же мягкие, как вата. Кожа на них словно губка, даже следы от пальцев отпечатываются, когда я нажимаю на них, а на ощупь кожа нежная и ровная, как шелк, такой любая девчонка позавидует. Моя попка такая большая и кругленькая, как у африканок по телевизору. О! Как трясется при каждом движении! Гладенькая и аппетитненькая. Самая красивая часть тела после груди. Если бы мне было не лень выходить на улицу, я бы не скрывала ее, как некоторые это делают, а наоборот, старалась подчеркнуть ее привлекательность. Что я и буду делать в школе! Все одноклассницы просто умрут от зависти, ведь ни у кого такой нет! Но жаль только, что она не вмещается больше в мое любимое крутящееся кресло. И трусы моего размера становится тяжеловато подбирать. Но я же пока никуда не хожу, поэтому можно и, даже удобнее, обходиться без них, ничего страшного в это нет, а Ольга обещала, что перед школой обновит мой гардеробчик. Мои ножки такие аккуратненькие и красивые, придают мне эффектность и привлекательность! Какая же я стала красивая, даже от зеркала не хочется отходить. В школе все заметят, как я похорошела и посвежела за эти полгода, все мальчики будут бегать за мной! Я словно сочный персик, такая же аппетитная и соблазнительная!» — думала девочка.

От приятных мыслей её отвлекло открывание входной двери.

Вероника тут же, подумав, что это пришла мама, заскочила, как могла быстро, в ванную комнату и набросила на себя халат. Но это была Ольга, пришедшая после учёбы в своём кулинарном институте.

Оля была корпулентной девушкой. Намного выше, чем сестра, она весила под 150 килограмм, и мама раньше всё время хвалила её за пышнотелость, так как сама была крупной и мясистой женщиной.

Ольга разделась, надела домашний халат и прошла на кухню.

-Ой, Вероничка, ты уже встала, — сказала Оля, увидев сестру в дверях ванны. — А я так торопилась, думала успеть до того, как ты проснёшься. Сейчас что-то вкусненькое тебе напеку, а пока закусишь бутербродиками. Ты ведь уже проголодалась?

-Я очень голодна! Съела бы весь холодильник! — проговорила Вероника.

-Ладно-ладно, сейчас съешь, — успокоила сестра. — Но про наш уговор ты не забыла?..

-Взвешиваться каждое утро? Нет, конечно, — она снова вошла в ванную. — Пойду и взвешусь.

-Оля, посмотри! Ещё плюс полтора килограммчика от вчерашних конфеток! Уже вешу 97 с половиной килограммов!

-Это надо отметить и закрепить! — крикнула Ольга с кухни. — Я тут нарезала пока твоих любимых бутербродов с буженинкой и икрой, сейчас напеку блинчиков с жирненькой сметанкой, я её купила по дороге домой. — Вот трёхлитровая банка. М-м-м! Свеженькая! Пальчики оближешь! А ты — молодец! Продолжай в том же духе, и скоро будешь неотразима!

Веронику два раза не надо было уговаривать, она пришла на кухню, плюхнулась на стул и сразу взялась за бутерброды:

-Как вкусно! Я бы ела, не отрываясь! — проговорила она с набитым ртом. — Наделай побольше, я в комнату возьму.

-Не волнуйся, дорогая, я сама их тебе туда, как всегда, принесу. Просто вчера я пришла домой, а ты уже спишь. Я и не захотела тебя будить.

-Съешь все блинчики, чтобы мама не догадалась, что ты подкрепилась немного, — протягивая Веронике полную тарелку блинов, сказала Ольга, а сама тем временем поставила на плиту ещё одну сковороду с блинами.

Вероника, которая уже успела заглушить первый голод бутербродами, набросилась и на блинчики, основательно макая их в сметану, купленную Ольгой.

Когда она уплела первую тарелку с блинами, сестра тут же подложила ей ещё.

-Как же хорошо с тобой! — произнесла Вероника, поглаживая свой животик, и тут же сказала: — Скоро в школу идти. Ты не достанешь для меня справку, как весной доставала? Ну, типа того, что я больна и не могу ходить в школу.

-Попробую. — как-то неуверенно ответила сестра. — Посмотрим. Ты ешь-ешь, а то блинчики вкусные, пока они горячие, надо животик наедать, мало у кого он такой хороший, а ты с ним такая милашка! Давай доедай, а я пока отнесу тебе в комнату тарелку с блинчиками.

-И сметанку не забудь, — прокричала Вероника с набитым ртом.

Когда Ольга вернулась, сестра сидела, развалившись на стуле.

-Что-нибудь ещё или — в кроватку? — спросила Оля. — А то тут ещё тортик я купила.

-Я в постельке его съем. — еле слышно произнесла Вероника.

Вероника попыталась встать со стула, но резкая боль в животике заставила её сесть обратно.

-Ой, Олечка, животик как я поем, стал болеть. Помассируй его, пожалуйста, — всхлипнула Вероника.

-Сейчас я помассирую тебе животик, и боль пройдет. Ты же будешь доедать тортик?

-Ага, в кроватке. Только начинай быстрее, — она распахнула халатик, и большое пузо стало видно у нее на коленях.

Ольга поднялась со стула и принялась массировать животик сестры.

-Так лучше?

-Да. — Вероника отблагодарила сестру за заботу громкой отрыжкой. — Так лучше. Мне сейчас бы в постельку. — она очень в последнее время не любила после сытной еды идти куда-либо самой.

Ольга помогла сестре подняться со стула, положив ее руку себе не плечо. Вероника с трудом, даже с помощью сестры, поднялась и медленно зашагала. Ольге казалось, что она несла очень мягкую большую игрушку, потому что при каждом шаге Вероники каждая частичка ее тела тряслась в такт ее шагам. Пока они шли, Вероника своей большой массой несколько раз наваливалась на Ольгу. И всё-таки Ольга довела Веронику в комнату. Дойдя до кровати, Вероника тут же плюхнулась на нее всем своим весом, казалось, от этого кровать готова была сломаться.

-Ой! — воскликнула Вероника. — Все прошло! Животик, как будто и не болел. Я уже проголодалась. Давай, скорее, неси тортик!

Она разложилась на постели и дала понять сестре, что готова полакомиться своим вкусным десертом.

Ольга не заставила себя долго ждать, и тут же следом принесла весь торт.

-Ты пока ешь, а я сделаю тебе сладкий чай, как ты любишь: 6 ложек сахара.

-Ты у меня такая добрая, заботливая! — поблагодарила Вероника сестру, с ложкой в руке приступая к поглощению торта.

Она уплетала его с такой жадностью, будто не ела целую вечность. Отламывая ложкой большие куски торта, которые не вмешались ей в рот, Вероника продолжала впихивать его себе. Вероника громко чавкала, и кусочки торта выпадали у нее изо рта обратно в коробку, но это ее нисколько не смущало, и она продолжала аппетитно уплетать свой десертик.

Вероника хотя и была поглощена поеданием торта, но все равно посматривала на сестру и сравнивала с собой:

«Все-таки, мои щечки такие же симпатичные, если не лучше. Они такие округлые, и светятся, как будто их намазали маслом, и второй подбородочек у меня не хуже олиного, такой большой и мягкий, его видно издалека. Оттого и лицо мое кажется просто солнечным, таким упитанным, приятно посмотреть.»

Тортик был уже почти съеден, но Вероника не замечала этого, она погрузилась в размышления. Ей так нравилось сравнивать себя с сестрой и ощущать, насколько ближе она к формам сестры!

«Интересно, дорастет ли моя грудь до олиной? Ведь ей в моем возрасте такая и не снилась! Все мальчики начнут сохнуть по мне, как только увидят мой огромный роскошный бюст! Что же станет с сестрой тогда? Наверное, еще растолстеет, даже побольше меня.»

Девочка провела рукой по своему полностью набитому животику.

«Ах, раньше он был плоским и некрасивым, таким твердым и слабым, — продолжала размышлять Вероника, но, кинув очередной взгляд на сестру подумала: — А теперь он очень даже приличный, а моя походка благодаря ему, моему упитаненькому, намного красивее, чем у Оли! Мой животик так дрожит от каждого шага. Наверное, со стороны все вокруг захотят тут же к нему прикоснуться, ведь он такой теплый, уютный, воздушный. Как шарик. Такой же сексуальный, как у сестры!»

Девушка посмотрела на свои бедра. Она лежала и халатик совсем распахнулся, обнажив мощные ляжки. Но Веронике они очень нравились.

«Конечно жалко, что я теперь не влезаю ни в одни свои брюки, но ведь мама или Олечка, наверняка, купит мне новые! Или можно будет носить просторные юбки.»

Оля повернулась, чтобы посмотреть в окно, и взгляд Вероники невольно упал на ее попку. У нее аж загорелись щечки при мысли о том, что ее попка гораздо больше и привлекательнее!

«Такая мягкая, широкая и при этом выпуклая. Правда, она уже не влезает ни в одни старые трусики, но ведь это не проблема, можно подобрать размер и побольше. Зато такого шикарного достоинства больше точно ни у кого нет, кроме Оли! А как гармонично она смотрится с пухленькими ляжками! Правда, совершенно невозможно теперь свести ножки вместе — настолько большие они стали наверху. Ну и пусть, зато такие округлости придают невероятный шарм моему телу! Мне и в голову раньше не приходило, что это может выглядеть так божественно красиво!.. Я просто превратилась в мягкую округлую добрую фею, от которой так и веет волшебством.»

Веронику так захватили эти мысли, что ей показалось что она кружится в легком танце в воздухе. Сколько всего хорошего принесли с собой эти изменения в теле девочки!

Из головокружения девушку вывел шорох — Оля так внимательно смотрела на сестру, что выронила крышку от тортика.

Невольно Вероника снова стала сравнивать их фигуры. И снова волна удовольствия от собственного великолепия ее захватила. Она казалось каждой клеточкой своего тела ощущала, насколько она стала красивее, гармоничнее, ближе по фигуре к сестре. Оля ей казалась идеалом, каким-то конечным итогом. В ней не было такого блеска, такого шика, как в Веронике!

«Чего стоит моя бархатистая нежно-розовая кожа, так гармонично сочетающаяся с пышными округлостями! Ну разве это не восхитительно?

Она меня очень любит и так нежно заботится обо мне, особенно в последние полгода. Мне кажется, что все ее внимание направлено на меня! Она постоянно радует меня всякими вкусняшками, причем всегда учитывает мой вкус! Покупает мне только то, что я особенно люблю, то, что я могу есть в неограниченных количествах! Это просто невероятно! Никогда не чувствовала столько поддержки со стороны сестры. Что бы я делала без ее помощи? Все-таки, мне ужасно повезло с сестрой — она у меня очень внимательная и заботливая! И, похоже, просто обожает меня, а я и не знала этого раньше! Пусть она красивее меня, зато настоящая подружка, которая никогда не отвернется в трудную минуту. Удивительно, что она помогает моему телу стать еще более шикарнее! Да она просто ангел.»

Вероника, занятая своими мыслями и не заметила, как закрыла глаза. То ли эти мысли — были частью ее безмятежного сна, то ли они действительно так будоражили сознание. Девочка была настолько сыта, что охватившее ее томление не давало ей даже возможности приподняться — такая вдруг напала слабость.

Оля вышла из комнаты, плотно закрыв дверь, чтобы сестра могла поспать и ни одна лишняя калория не потратилась.

А Вероника тем временем спала, как ребенок, — в не очень естественной позе, так как заснула буквально даже не заметив этого, дожёвывая очередной кусок тортика.

Халатик на ней распахнулся и свисал с кровати, а девочка полусидела на подушке и с каждым вздохом ее крупное тело, занимавшее почти всю кровать целиком, то поднималось высоко вверх, то опускалось вниз.

Сон был глубокий и без снов от огромного количества съеденного. Так прошло несколько часов.

Из блаженного состояния Веронику вывел резкий шум — это Оля что-то уронила на кухне. Ей так не хотелось выходить из этого томного состояния. Но первыми чувствами, захватившими Веронику при пробуждении было раздражение и легкий голод, так как она спала достаточно много и её животик успел уже проголодаться.

Вероника лежала на спине, полуоткрыв глаза. Томная лень все еще охватывала все ее тело. Ее мягкий, круглый животик выделялся в полумраке комнаты. Белый и большой, он казался ярким пятном в комнате от проникающего сквозь штор света. Животик и не давал своей хозяйке снова заснуть, так как уже требовательно заурчал, почувствовав небольшой голод.

Вероника продолжала лежать, поглаживая своё большое пузико.

А её воображение уже начало рисовать разнообразные вкусности — девочка представляла себе большие блюда с любимой едой, которую, наверняка, уже приготовила для нее Оля.

В последнее время девочка не могла думать ни о чем другом, кроме еды! Какое наслаждение она от нее получала, даже просто воображая пищу! А ведь раньше она и не знала такой радости.

Желание поесть заставило Веронику подняться с постели. Конечно, хотелось еще понежиться, постелька была мягкая и удобная, хотя и изрядно прогибалась от большого веса девочки. Сначала она приподнялась, голова немного кружилась от продолжительного лежания. С первого раза сесть не получилось: Вероникин животик был настолько велик, что мешал ей. Тогда она оттолкнулась посильнее. Ей пришлось еще ухватиться за край кровати, чтобы, наконец, сесть на постели. Она немного поболтала ножками, так как сразу подниматься на ноги было лень.

Вероника расслабилась. И почти уже не думала о еде: так сильно устала. Но тут в комнату тихо зашла Оля с полной тарелкой блинов. Подошла к Веронике и села рядом на кроватку.

-Ну что, моя красота, устала сегодня? Твоя сестричка позаботилась о тебе: посмотри, какие вкусняшки приготовила тебе.

Вероника с интересом ее слушала.

-Нет, унеси эти блины. Я наелась сильно. — уже неуверенно говорила Вероника.

Оля огорчилась:

-Жаль, я так старалась, даже помазала их медом, как ты любишь. — и с этими словами она взяла один блинчик и стала его смаковать на глазах у Вероники, приговаривая: — Ты же не хочешь похудеть? Не понимаю. У тебя такая великолепная грудь! Каждая девчонка такой бы позавидовала бы. Такой мягкий животик, попка, красивые ножки. Так и хочется к ним прижаться.

И девочка не выдержала:

-Ну, хорошо, дай мне попробовать. Я съем, но только чуть-чуть.

Вероника взяла один блинчик. Сначала кушала медленно, так как до этого много покушала. Но не бросать же хорошую еду!

«Ничего, пара блинчиков влезут», — думала она, хватаясь за третий блин.

Так она съела всю тарелку. Оля с довольным видом наблюдала за ней.

Веронике захотелось съесть еще что-нибудь.

«Все-таки Оля божественно готовит. Наемся до отвала — быстрее засну.» — подумала она и попросила:

-Оля, принеси мне еще что-нибудь покушать. Побыстрее, пожалуйста.

-Хорошо, милая, только разогрею тебе макароны с мясом, — охотно отозвалась Оля.

Вероника не хотела ждать ни секунды. Силы моментально вернулись к ней, и она вскочив с кровати, не обувая тапочек, побежала на кухню.

Тут же открыла холодильник и села перед ним. Вот и её любимые макароны с мясом. Она уже собралась есть прямо из кастрюли, но Оля взяла ее, чтобы разогреть. Тогда Вероника потянулась к шоколадным сыркам и съела 3 штуки подряд. Потом потянулась к колбаске и отломила кусок руками.

Тем временем макароны уже разогрелись, и Оля еле уговорила ее сесть за стол. Веронике так не хотелось уходить от холодильника.

Макароны Веронике показались божественными, и она съела практически всю кастрюлю. Даже облизала пальчики, и громко рыгнув, откинулась на стуле. Затем Оля подала еще чай с тортом. До которых она уже еле дотягивалась из-за своего переевшего животика. От чая она вспотела — сидит румяная, с глазами осоловевшими от еды.

Но она чувствовала, что в животике ещё хватит места. И как раз Оля подала ей шоколадку… Она ее съела целиком и, наконец, утомилась — стала засыпать прямо за столом.

Девочка попыталась подняться. Но её объевшееся пузо упиралось в стол и мешало ей встать. Оля поспешила на помощь. Поддерживая сестру под руки, она с трудом вытащила ее из-за стола.

Идти самостоятельно Вероника тоже не смогла — ее покачивало и от усталости, и от столь обильного ужина. В животике ощущалась тяжесть от количества съеденного и от этого тоже было тяжело идти. Невозможно было даже чуть-чуть согнуться — настолько полным был ее желудок. Поэтому передвигаться она могла только опираясь на сестру и придерживая животик обеими руками. Но, даже опираясь на Олю, Вероника шла враскачку, переваливаясь и тяжело ступая. От каждого удара перекормленный животик подпрыгивал, подталкиваемый огромными ляжками.

Вероника тут же плюхнулась на постель прямо в одежде — сил раздеваться совсем не было.

-Оля, помоги мне раздеться, пожалуйста, — только пролепетала она.

Пришлось Оле самой раздевать сестру: снимать майку, затем штаны и трусики, что было совсем нелегко. Девочка была очень тяжелой!

Наконец, ненавистная одежда была снята! Вероника тут же почувствовала облегчение, улеглась поудобнее. Но захотела кушать.

-Оля, принеси мне тортик, пожалуйста, я еще чуть-чуть поем. — попросила она.

Оля с готовностью принесла ей немного меньше половинки торта, оставшегося от ужина.

Когда Оля вернулась, Вероника почти уже спала. Но все еще ждала торт.

-Давай его скорее сюда! — сказала она. Трёх кусочков было мало, и Вероника взялась за четвёртый, но сон уже почти завладел ею, и она, держа в руке кусок торта, откинулась на подушку, перепачкав ее, и заснула сытым и безмятежным сном.

Поддержи Трабант

Пока никто не отправлял донаты
+1
1613
RSS
06:41
Понравился рассказ!
03:11
Шикарно
Загрузка...

Для работы с сайтом необходимо зарегистрироваться!