Крупный выигрыш

Крупный выигрыш
(Winning Big)


Начну издалека, чтобы создать фон и перспективу. Мы оба, видите ли, из низов. Не пресловутый "нижний сегмент среднего класса", нет — из тех низов, где реально сражаются за выживание. У Саманты, которую я чаще звал Сэм, отца не было "в принципе" — он бросил ее мать еще до ее рождения, и та от этого так и не оправилась. Вкалывала официанткой, уборщицей и поденщицей, но на ноги так встать нормально и не смогла. Сэм по натуре неприхотливая, да и как она могла быть иной, если в кармане лишнего гроша отродясь не бывало?
У меня примерно так же. Мы жили в соседних апартаментах, и после того, как отец потерял работу, он вроде как сдался. Депрессия тому виной или что другое, уж не знаю — ребенком я о таком не сильно задумывался, просто видел, как он весь день напролет сидит перед зомбоящиком и квасит. Мать, конечно, пыталась заработать, чтобы хоть как-то свести концы с концами, но счастливым браком в такой ситуации и не пахнет.
В общем, мы росли в соседних квартирах и были с детства примерно как брат и сестра. Все делали вместе, присматривали друг за другом — нашим родителям по разным причинам всегда было не до того. Вместе ходили в школу, вместе давились нашими жалкими бутербродами, хотя вся школа питалась в нормальной кафешке. После школы также зависали вместе — на спорт и прочие секции и клубы нужны хоть и небольшие, но деньги, а с этим делом и у Сэм, и у меня было никак. В общем, мы были сами себе семья.
Прошу понять правильно: мы не чувствовали себя жалкими-несчастными, просто нам не так повезло, как другим детям. Мы с ними вне школы и не пересекались почти — скажем, они развлекались в торговых рядах, а мы все равно ничего там не могли купить, так зачем туда ходить? Или в каких-нибудь забегаловках и кинотеатрах — опять же, смотри выше, мы этого позволить себе не могли. Так что мы болтались по улицам, болтали о том о сем и все такое прочее. Наверное, другие сторонились нас еще и потому, что мы были бедными. Если посмотреть непредвзято, Сэм была одной из самых красивых девчонок в школе — но не могла ни "правильно" одеваться, ни шататься по "правильным" местам, так что изобилием свиданий с парнями похвастать не могла. Мы были бедными, и об этом знали все.
Мы планировали вместе и отправиться в колледж — наш, тутошний, ничего сверхфешенебельно дорогого. Еще в старших классах мы начали подрабатывать и кое-что отложили, опять же нам обоим полагалась стипендия и небольшой грант на обучение. Не богатство, но прожить хватило бы. Однако… как и все планы, этот при столкновении с реальностью рассыпался.
Мама Саманты попала под машину. Перелом обеих ног и кома. Врачи сказали, что случай серьезный, но должна бы выкарабкаться. Саманта бросила школу, чтобы сидеть с матерью и работать, тратить деньги на обучение в такой ситуации глупо. Но — мать так и не выкарабкалась и зимой умерла. Больничные счета и похороны сожрали все, что осталось от сбережений Сэм, у матери в кубышке также почти ничего не нашлось, и впервые в жизни девушка реально забеспокоилась о том, как жить дальше. Я, конечно, раскрыл перед ней свой тощий кошелек, однако она и слышать об этом не захотела. Мол, у тебя в кои-то веки появился шанс вырваться из нищеты, так вперед, не буду я тянуть тебя обратно. Она была права: я начну работать и что-то откладывать хорошо если через два года, а до тех пор...
У меня изменения в жизни ограничились тем, что мать бросила отца. Просто не вернулась домой однажды вечером, а через неделю позвонила и сказала — мне, не ему, — что с нее хватит, прости, мол, сынок, но она больше не может так жить, а я уже достаточно взрослый. И повесила трубку. Я передал это отцу, но он только проворчал что-то и погрузился в бутылку еще глубже.
В общем, жизнь нас не баловала. Но — мы шли вперед, а что делать-то?

И вот весной это и случилось. Я пахал в колледже и подрабатывал в пиццерии. Саманта работала официанткой в той же забегаловке, что и ее мать прежде, плюс уборщицей в нашем жилом комплексе. И вот а вечернюю смену ей перепали солидные по меркам той забегаловки чаевые, и она пребывала в раздумьях, что бы такого с ними сотворить. Пришла посоветоваться ко мне, и мы сели в моей комнатушке, поедая некондиционную пиццу, которую я прихватил со смены.
— Вот бы инвестировать эти деньги куда-нибудь, ну знаешь, как в фильмах, — прожевав кусок, проговорила она, — и может быть, лет через двадцать у меня будет мильен баксов, и я смогу наконец выбраться из этой трущобной квартирки.
— Эй, это между прочим моя трущобная квартирка.
— Ну, ты меня понял, — улыбнулась она.
— Не уверен, что в жизни такое бывает.
— Тебе-то лучше знать, ты же у нас экономист, — пихнула она меня в плечо.
— В том-то и дело. В твоем случае куда вероятнее выиграть в лотерею.
Через два дня она появилась у меня на пороге, в лице ни кровинки.
— Я последовала твоему совету, — выдохнула она.
— Что, все-таки решилась закончить школу? Это правильно, будет нелегко, но в перспективе пригодится.
— Нет, я о другом совете. Насчет инвестиций, — Сэм вся светилась, а я никак не мог сообращить, о чем она.
— Насчет инвестиций?
Меня буквально впихнули в квартирку, закрыв дверь за спиной.
— Ну помнишь, я не знала, что делать с той полусотней на чаевые...
— А, ну да. — Полусотню я помнил, но все еще не понимал, о чем речь. — Я тебе тогда посоветовал с инвестициями не париться.
— Ну да, где-то так. — Улыбка до ушей: я должен был уже догадаться, и от этого чувствовал себя полным идиотом. — Ты сказал, что куда вероятнее выиграть в лотерею.
— Да, вроде бы… стой, ты что, серьезно? — Тут до меня и дошло, и в глазах закрутились Большие Бабки, какие мы с ней видели только по телевизору. Сто тысяч, двести пятьдесят? Сколько она выиграла-то?
— Ага, — Сэм улыбалась. — В яблочко!
— Это просто отлично!
Она обняла меня, я чувствовал, как она дрожит от предвкушения. Ну, я бы тоже так себя вел на ее месте, уж кому-кому, а ей деньги точно нужны. Любая сумма станет подспорьем.
— Джек-пот, — прошептала она мне на ухо. — Я не знаю, выиграл ли еще кто-то, но это большой куш.
Так уж получилось, что джек-пот достался Сэм полностью. Тот самый случай, когда на протяжении недель никто не угадывал полного набора, и сумма от продажи билетов и всего прочего продолжала собираться до тех пор, пока кому-то все-таки не повезет. На самом деле крупный куш.
Все формальности заняли две недели. Эти две недели, кстати, Сэм честно отработала от звонка до звонка, сообщив хозяйке, что увольняется.
— Хозяйка-то нормальная, — сказала она. — Работенка поганая, а хозяйка ничего.
Я был весь в запарке весенней сессии, но Сэм держала меня в курсе дел. Лотерейщики закрепили за ней поверенного, чтобы помочь с бумажками, и у нее впервые в жизни гора с плеч упала. Свобода и счастье. Бывают везунчики, которые тратят халявный выигрыш за несколько месяцев, но у Сэм совсем иной склад.

— Я тут купила дом. Ты обязательно должен приехать и посмотреть, можешь выбраться на выходных? — в голосе ее была мольба. Я уже говорил, мы выросли вместе и были друг для друга семьей.
— У меня по плану учеба. Последние два экзамена, и я свободен.
— Ну пожалуйста, — по телефону она только что не плакала. — Мне надо хоть кому-то его показать. Приезжай, обещаю не слишком на тебе висеть. А хочешь, прямо тут и занимайся, я не против.
— Ладно, уболтала, — сдался я. — Давай адрес и ориентиры.
— Возьми такси, я заплачу, когда приедешь.
— Вот еще. Сам доберусь.
— Ну пожалуйста, дай мне хоть столько для тебя сделать. А хочешь, возьми напрокат машину, или даже лимузин...
— Ладно, ладно, закажу такси.
— Отлично! Я тебя жду, обязательно приезжай! Я в общем уже практически переехала, только чуток с мебелью закончить осталось.
Мы еще немного поболтали, Сэм явно не терпелось что-то мне продемонстрировать, составили примерные планы на выходные. В пятницу у меня занятия заканчивались примерно в два, и если дороги не будут особо забиты — где-то через час я и посмотрю на ее новый дом. Подробностей по телефону она не сообщила, так что чего ожидать — предсказать я даже не брался. Денег Сэм хватило бы на практически что угодно, но вообразить ее в родовом аристократическом замке, а богатенькие буратины строят себе и не такое, я решительно не мог.

Пятница приближалась, росло и мое нетерпение. Что ли действительно подкатить на лимузине? Да ну, глупости. Я попробовал отыскать адрес в Гугле, но имеющаяся там иллюстрация категорически не соответствовала раскладу. Нет, домик внешне вполне ничего, но подходит скорее старой даме, нежели миллионерке неполных двадцати годов. Ладно, сам вскоре увижу.

Ну, вот и пятница, и таксист вез меня из города к цели. Конец весны выдался жарковатым, я уже пожалел, что не заказал лимузин — там наверняка есть кондиционер и мини-бар, а эту развалюху последний раз чинили лет десять назад...
Прибыв на место, я слегка удивился. В таком домике не ожидаешь встретить недавнего миллионера. Небольшой кирпичный домишко в тихом загородном районе, совершенно не модный, даже устаревший стиль. За двором когда-то неплохо ухаживали, но тут явно не помешал бы приходящий садовник с секатором и газонокосилкой.
Саманта встретила меня на пороге — я даже в дверь не успел постучать — и крепко обняла. На ней был простенький сарафанчик, выглядела девушка мило и свежо. Я уже привык видеть ее усталой и слегка в раздрае — но сейчас Сэм выглядела совершенно другим человеком. Глаза блестят, на губах улыбка, просто картинка, даже взгляд отвести трудно. У меня аж сердце сжалось: я, конечно, привык видеть в ней сестру, а сейчас… ну вот кто такая она и кто такой я, чтобы на нее пялиться вот так вот? Она пригласила меня войти и сразу извинилась, что накрыть на стол особо нечего.
— Лень было выбираться за покупками, — пояснила она, открывая коробку с пиццей, — как проголодаюсь, заказываю что-нибудь с курьером из окрестных ресторанчиков, тут их полно… Ой, тут всего один кусок остался, ты бери, я потом еще закажу.
— Я пока не голодный, так что валяй, доедай, — отозвался я, и Сэм тут же, свернув ломтик пиццы трубочкой, разом его ополовинила. — Ты хотела, чтобы я приехал — валяй, хвастайся, что у тебя тут.
И она провела меня по всему дому, поведав, что наткнулась на него в сети, и по фото это был классический "дом любимой бабушки", которой ни у нее, ни у меня, естественно, никогда не было — но в детстве очень-очень мечталось. Сэм делилась планами на что сотворить с садиком и как перекрасить кое-какие комнаты, она вся светилась от восторга, а когда я упомянул, что ожидал увидеть более… просторный дом, она просто рассмеялась:
— А зачем мне большой дом? Я всю жизнь жила сам знаешь в какой квартирке, а здесь места даже больше, чем мне нужно. Целых три гостевые комнаты, куда можно посетить тех, кто решит нанести мне визит, а закатывать приемы и всякие там корпоративы на три сотни участников — это не мое. Семьи у меня нет, только ты, а друзья… ну, ты же помнишь, в школе у меня особо их не было, опять же — кроме тебя. — Она помолчала, добавив: — Ну, пока я вдруг не выиграла в лотерею. Тут-то и возникли все наши бывшие одноклассники и соседи, которые раньше в упор меня не видели, а теперь они, оказывается, мои лучшие друзья. Грустно, правда?

Тем вечером она повезла меня на ужин — естественно, "я угощаю", и никаких. Старый семейный итальянский ресторанчик, но кормили там великолепно, а еще Сэм определенно нравилось, что она может заказать что душе угодно и не прикидывать, хватит ли у нее расплатиться за это. Закуски для нас обоих, потом себе взяла какой-то мясной салатик, большой десерт на двоих и бутылку вина, цена за которое вообще не была проставлена в меню.
Мы немного поговорили о ее планах на будущее, однако Сэм призналась, что пока таковых не имеет. Она просто наслаждается текущим положением дел — обустраиваться в собственном доме и не забивать себе голову изматывающими подработками и вопросом оплаты счетов.

Утром меня разбудил стук в дверь. Сэм заказала из небольшого кафе завтрак с курьером — и что-то в коробке было многовато, как на мой взгляд.
— Очень уж вкусно звучало, — улыбнулась она и вгрызлась в круассан, намазанный маслом и вареньем.
На обед мы отправились на такси на часок вдоль побережья.
— Я услышала об этом заведении по телевизору, — предвкушающе пояснила она, — знаешь, передача с отзывами кулинарных критиков о маленьких ресторанчиках там и сям по всей стране. Большая их часть где-то там, далеко, а вот этот был рядышком.
— Ты смотришь кулинарные каналы? — рассмеялся я. Уж я-то помнил, что вершиной кулинарных талантов Сэм были яичница и макароны с сыром.
— Ага, они мне нравятся, — отозвалась она. — Не надо напрягать голову, а приятных местечек, оказывается, так много. Может, как-нибудь устроим себе кулинарный тур.
Что ж, телекритик не соврал: ресторанчик оказался действительно хорошим, и подкрепились мы там капитально. Сэм заказала все блюда, какие помнила по той передаче, чтобы попробовать хотя бы по кусочку. После такого обеда мы полчасика сидели, отдуваясь, на берегу моря и дышали свежим воздухом, прежде чем собраться с силами и вызвать такси обратно домой.
Поужинать решили в одной из пиццерий неподалеку, и доедая, Сэм сообщила:
— Нет, все-таки в том вчерашнем ресторанчике, у Минелли, куда лучше. Тут тоже ничего, но там все-таки готовят, что называется, с душой.
— Кто бы мог подумать, — улыбнулся я, — в тебе, оказывается, просыпается гурман.
— Просто нравится пробовать всякие вкусности. Помнишь, когда нам хватало только на булочку и кофе на двоих?
В воскресенье вечером она вызвала такси, которое должно было доставить меня обратно в колледж, и тщательно расписала маршрут. В итоге мы проехали через три забегаловки, где была возможность заказать что-то, не вылезая из машины. Мечта нищего детства, ага — о такой роскоши мы когда-то разве что мечтали. Не уверен, что качество еды в сетях быстрого питания превосходило ресторанное, но Сэм вовсю наслаждалась самим процессом, прикончив до крошки все заказанное плюс порцию, купленную специально для водителя; он сказал, что им в компании запрещено принимать чаевые в такой форме. По мне, так он просто боялся запачкать жиром и крошками свою помпезную униформу.
Я провел для Сэм короткую экскурсию по нашему кампусу. Предложил накормить ее обедом в нашей столовке, но она отказалась.
— А в той кафешке, где я раньше работала, ты бывал? В смысле после того, как я уволилась.
— Не. Здесь у нас кормежка дешевле, а куда-то специально выбираться у меня сейчас времени нету, хоть оно и рядом.
— Тогда давай лучше пойдем сейчас туда. И я угощаю, учти!
Минут десять спустя мы были на месте, уселись прямо за стойку. Обеденный наплыв голодающих уже схлынул, вечерний еще не наступил, и обслуживать нас вышла сама хозяйка.
— Саманта! — улыбнулась упитанная пожилая женщина. — Ты что, пришла просить взять тебя на прежнюю работу?
— Не-а. Просто хотела посмотреть, как все это выглядит с другой стороны стола. Здравствуйте, миссис Блестик.
— Ты вполне можешь звать меня "Бетти" — ты же теперь клиентка, а не одна из моих девочек.
— Попробую, — улыбнулась Сэм.
— Ладно, вы пришли поболтать, или будете что-нибудь заказывать?
Сэм скрестила руки на груди.
— О, конечно же будем! Меню нести не надо, я прекрасно помню весь список.
И заказала нам громадные сандвичи "деликатес-ассорти" и картофельный крем-суп. Жареная картошка в сандвичах приятно похрустывала, пропитанная густой подливкой. Более чем солидная порция, которую Сэм, тем не менее, уплела полностью, прихватив заодно недоеденный мной кусочек. Медленно выдохнула, улыбнулась:
— И правда вкусно. Десерт будешь?
Я покачал головой:
— Не. Не влезет.
Она оперлась локтем о стойку.
— Тут очень вкусные пироги. В меню прописаны как "домашние", но на самом деле это из кондитерской через дорогу. — Втянула носом запахи из кухонных дверей. — О, есть вишневый!
Опытная миссис Блестик через двадцать секунд уже обслужила клиентку, выдав Сэм большой ломоть вишневого пирога.
— Желаете еще что-нибудь, мисс? — изобразила она преувеличенное внимание.
— Нам, пожалуй, хватит, но… — развернувшись на стуле, Сэм окинула взглядом кафешку. Несмотря на то, что основной наплыв схлынул, за столиками сидело что-то около дюжины персон, решивших, как и мы, перекусить в неурочное время. — Запишите все на мой счет, пожалуйста.
— Что, ты не собираешься позволить заплатить своему кавалеру? — кивнула хозяйка в мою сторону.
— Кому, ему? Да он нищий студент. Но я имела в виду — все, не только наш заказ, а всех, кто сейчас обедает.
— Очень… щедро с твоей стороны, — заметил я. — Ты же даже никого из них не знаешь.
— В том-то и дело. Представь себе, если бы тут сидели мы пару лет назад. Бесплатный обед в кафе...
— Ага, но мы были реалистами и в кафе-рестораны не ходили, помнишь? — усмехнулся я. — Поверь, у них вполне хватит расплатиться самостоятельно. — Увидев разочарование в ее глазах, я поспешил добавить: — Я понимаю, ты хочешь как лучше. Но я просто имею в виду, что помогать лучше тем, кому помощь действительно нужна. Ты их еще не встретила, но все впереди.

Закончилась сессия. Мне повезло дважды: во-первых, сдать почти все на "отлично", а во-вторых, в том числе и благодаря этому найти летнюю подработку в брокерской компании. Практически по специальности, пусть и младшим куда пошлют, но это уже достойная позиция в резюме и какая-никакая зарплата. Я даже начал потихоньку выплачивать взятый на обучение кредит, и у меня еще хватало на лучшую жизнь. Правда, рабочий день длился так долго, что "лучшая жизнь" у меня включала разве что кружечку пива перед сном.
С таким расписанием я, конечно, никак не мог выбраться к Сэм, хоть и очень хотелось. Я с удовольствием помог бы ей с ремонтом, а так она провозилась неделю с ведрами краски и секатором, и в итоге наняла бригаду профессионалов, которые и сделали все как она хотела. Полная отделка двух ванных комнат, косметический ремонт в остальных помещениях, восстановленный паркет, и Сэм подумывала обновить и мебель в доме.
Ну а раз я не мог выбраться к ней, она приезжала ко мне сама. Особенно когда бригада занималась полами и иной грязной работой. Сдать на права Сэм так и не сподобилась, но договорилась о большой скидке в местном таксопарке и, когда все-таки выдавалось свободное время, мы выбирались куда-нибудь. В основном по ресторанчикам, коих в городе было множество. Иногда Сэм позволяла мне оплатить счет, но обычно все-таки платила сама, мол, она же выбирает, а миллионер из нас двоих определенно не я. Заказывала, как правило, закуски, основное блюдо и десерт. Она очень хорошо помнила, как в прежние времена ее корежило в тех редких случаях, когда мы все же добирались до ресторана, и при этом не могли себе позволить закуску или десерт, потому что денег не хватало. За едой Сэм восторженно расписывала, как идет ремонт, и я клятвенно обещал все-таки добраться и оценить.
В конце августа к концу подошла и моя подработка. У меня образовалось почти пять свободных дней до начала занятий. Сэм в приказном порядке вызвала мне такси — я на эту тему больше с ней уже не спорил, — встретила на крыльце, крепко обняла и затащила внутрь, похвастаться свежим ремонтом. Выглядел обновленный домик вполне симпатично. Поскольку Сэм ограничилась "косметикой", он остался таким же скромным, даже сохранил ощущение "бабушкиного дома", но теперь все было чистым и свежим. Мило и уютно. Сэм не оставила нетронутой ни одну комнату, даже если это было просто "обновить подоконник и повесить пару пейзажиков".
— С кухней так и не стала ничего делать? — спросил я, пока мы проходили мимо оной.
— Так я ей и не пользуюсь почти, — сказала она. — В сети есть сотни вариантов, я так и сяк вертела — не нравится. Не люблю этого модерна с гаджетами, а поскольку готовкой я себя не утруждаю — пусть пока остается так. Не горит.
Кухня и правда выглядела старой, почти винтажной, особенно в контрасте со свежеотремонтированным домом, но и этот винтаж выглядел уютно, а уж поддерживать чистоту Сэм прекрасно умела.
Она присела на край стола — старая добротная вещица, ламинированная столешница с уголками из нержавейки.
— Конечно, надо было бы и тут навести ажур, но я просто не знаю, как, весь этот ретро-стиль мне в общем нравится… — Сэм окинула взглядом кухню. — А ты бы как тут все оформил?
Я рассматривал помещение несколько дольше, потом снова посмотрел на нее. На фоне освещенного закатным солнцем окна фигура Сэм, казалось, была окружена пламенным ореолом. Еще красивее обычного. Я снова как-то странно почувствовал себя, испытывая к ней чувства такого рода, однако что-то изменилось… я присмотрелся внимательнее. Ну да. Точно. У Сэм появился бюст. Вот уж новость, всю жизнь была плоской как доска, а тут — будьте-нате, да и под грудью...
— Ну? — ей надоело, что ее пожирают взглядом, — как бы ты сделал?
Бросив последний взгляд на ее талию — что, и правда складка? — я поднял глаза и попытался собраться с мыслями. "Кожа да кости", такой раньше была Сэм, да и я сам тоже, неудивительно, с нашей-то вынужденной диетой. В столовой колледжа я впервые за эти годы ел вволю и досыта, а заодно пыхтел в спортзале — вполне неплохо прочищает мозги, как оказалось. Но Сэм...
— Трудно представить тут что-то другое, правда? — улыбнулась она, видя мои затруднения. Я-то не мог перестать думать о том, как Сэм поправляется...
— Нет, в смысле, да, я… — так, хватит, соберись. — Посмотри в сети, что ли. Наверняка что-то должно быть. Вроде сейчас даже делают такое, чтобы все новое, но "под старину".
Ужинать мы отправились в очередной местный ресторанчик неподалеку. Кормежка там была без изысков, зато, как сформулировала Сэм, "вкусно и много!" И действительно, много, и вкусно, да, но порции такого размера… я и со своим сандвичем с индейкой справиться толком не смог. А девушка без проблем уплела свой бургер и жареную картошку, доела мою картошку, а потом еще взяла на десерт большой кусок пирога и шоколадный коктейль.
Наверное, я просто упустил из виду, как она тут стала питаться, но в мыслях моих крепко поселился образ, как живот Сэм становится все больше и больше… особенно после того, как она, глазом не моргнув, только что расправилась с такой трапезой. И ведь это не ради меня — примерно так она ест два, а то и три раза в день...
Потом мы пошли в кино, где Сэм не отказала себе в удовольствии угоститься попкорном и конфетами — то, чего мы в прошлом не могли себе позволить.
— Как же я рада, что теперь могу насладиться всеми этими мелочами, о которых мечтала, когда была ребенком, — улыбнулась она.
Назавтра меня ожидала полная экскурсия по ее владениям. Задний дворик оказался достаточно просторным и плавно переходил в берег озера. Мы спустились по узенькой тропинке к воде, сняли обувь. Вода была довольно теплой, хотя сентябрь был уже на носу, песок приятно грел босые ступни, и на этом закутке берега не было никого, кроме нас. Окруженные деревьями и валунами, мы никого не видели, зато никто не видел и нас. Я прикинул карту местности: кажется, тут где-то был общественный пляж, но до него достаточно далеко.
— Это что, тоже твоя земельная собственность? — спросил я.
— Нет, моя территория заканчивается где-то немного не доходя до берега. Озеро и парк принадлежат кому-то еще, но тут не слишком много народу, сам видишь. — Она попробовала воду пальцем ноги. — О, а тут тепло. — Шагнула глубже. — Иди сюда, — и улыбнулась.
И верно, вода была теплой, не хуже, чем в бассейне. Поскольку на нас обоих были только шорты и футболки, войти в воду по колено не составляло труда.
— Как думаешь, если мы разденемся и поплаваем, никто не увидит? — бросила Сэм взгляд на безлюдное озеро.
— Что, купание нагишом? — удивился я. А потом мелькнула мысль о том, что сейчас я увижу ее новоприобретенный мягкий животик… и застряла накрепко.
— Да нет же, — рассмеялась она, пихнув меня кулачком, — разденемся до белья. Водичка класс, правда?
— Вроде никого нет, так что, может, и ничего.
— Ты первый, — велела она, — если парень снимет футболку, ему точно ничего не будет.
Мы вернулись на берег, я сбросил футболку и оставил ее на песке.
— Эй, вы только посмотрите! — Сэм смерила меня взглядом. — День и ночь на тренажерах, так?
Я пожал плечами, пытаясь не краснеть.
— Для студентов спортзал бесплатный. Я уже привык.
— Что ж… по-прежнему никого, наверное, это безопасно. — Она взялась за подол футболки и потянула вверх. — Если я быстро нырну, никто ведь и не заметит, что на мне лифчик, а не купальник, так?
— Действуй, — кивнул я, пытаясь не слишком пялиться.
Одно было несомненно: Сэм спортом не занималась. Выглядела девушка, как сказал бы случайный знакомый, вполне неплохо. Бюст определенно увеличился в объеме, она слегка загорела. Но если вспомнить ее со школьных времен, когда я в последний раз наблюдал Сэм в бикини… тогда у нее грудь была в стиле "два желтка", все ребра напоказ, и живот, плоский не от регулярных занятий каким-либо спортом, а просто от жизни на грани голода. Теперь этот самый живот слегка выпирал, мягкий и пухловатый, а когда она наклонилась, снимая шорты — сложился в несколько складочек. Я старался не слишком пялиться, отвернувшись в сторону, и когда она, раздевшись, устремилась в воду — быстро стащил шорты и сам, бросив рядом с футболкой. Нечего Сэм видеть столь явные признаки моего возбуждения, а скрыть их, будучи в одних трусах, малореально.
Мы немного поплескались, поплавали. Хорошо, когда тот, кого никогда не баловала судьба, может наконец просто жить без особых забот. Я был рад за Сэм — а еще, кажется, испытывал к ней иное чувство.
Вечером она заказала ужин в китайском ресторанчике прямо домой. Целую гору китайской снеди. Мой воспаленный рассудок сам собой построил картинку: Сэм, раздетая до белья, вооруженная палочками, уплетает ВСЮ эту гору...
— У них в меню так много блюд, трудно было решить, что заказать, — объяснила она, всасывая в рот длинную тонкую макаронину.
— И ты заказала все по списку, — фыркнул я.
— Ага, как же, — улыбнулась она, — тут и четверти не будет. И это только китайская кухня, а сколько еще есть стран, и в каждой свои коронные блюда!
— И ты решила перепробовать все.
— А ведь я могу, — ухмыльнулась Сэм, потянувшись за мясом с брокколи. — Я могу есть все, что только захочу. — Положила свободную руку на свой животик. — Моему желудку больше совершенно незачем оставаться пустым!

Он и не остался. Я ли навещал ее или она меня, у Сэм появилось нечто вроде хобби: разыскивать новый ресторанчик и пробовать, как там готовят. В округе она определилась с несколькими любимыми местечками, где стала завсегдатаем, как то итальянское заведение, "Минелли". А когда она приезжала ко мне, то предварительно составляла список из трех-четырех новых пунктов, которые надо было попробовать в этот раз. Мне нравилось и видеть ее, наслаждающейся жизнью, и те эффекты, которые это дело оказывало на ее фигуру, но трудно было скрывать от Сэм мой растущий интерес. Чувства мои становились все крепче, хоть я и продолжал себе, что нельзя рушить нашу прочную дружбу. И почти с облегчением принял предложение о подработке на выходных в той самой конторе, где работал летом. Мне, конечно, будет не хватать встреч с Самантой, но возможно, пауза приведет мои мозги в порядок.

Миновало три месяца с тех пор, как я последний раз виделся с нею "во плоти". Запас отмазок закончился, и я одновременно нервничал в преддверии этой встречи и предвкушал ее. По телефону мы, конечно, болтали почти каждый день, и Сэм была рада… но это не то же самое.

В последний раз, когда я проводил у нее выходные, мне стало очень неудобно. Это было где-то к концу ноября, погода, как ей и положено в такое время, была ветреной и дождливой — собаку не выгонишь, не то что куда-то там ехать. Мы в итоге просто смотрели фильмы — месяц назад я помог ей выбрать, затащить и установить в гостиной большой плазменный экран, сам-то я не фанат зомбоящика, но знаю, что в детстве Сэм любила смотреть древний черно-белый еще телевизор, где в полутора метрах от кинескопа уже ничего было не разглядеть.
Она затарилась закусками — чипсы, попкорн, крендельки, в общем, как в кинотеатре, — и мы смотрели всю киноэпопею "Чужих". Не мой выбор, я не сильно люблю ужастики и саспенс, а Сэм скорее просто закидывала закуски в рот горстями. Где-то к концу первого фильма ей захотелось пить, она встала — и когда она шла на кухню, сзади над штанишками были видны две симпатичнейшие складочки на боках. Я помотал головой, пытаясь "не думать о белой обезьяне", и мне это даже почти удалось, но тут Сэм снова нарисовалась в дверном проеме:
— Тебе принести что-нибудь? У меня тут кола, апельсиновая шипучка и "Доктор Пеппер". Ты по-прежнему предпочитаешь "Доктора?"
Я пытался, правда пытался не пялиться на нее. Но организму не прикажешь, и от увиденного челюсть у меня отвисла сама собой. Саманта, мелкая аки пташка, успела отрастить полноформатное пузико. Сзади были видны только складочки, но в профиль стало вполне очевидно, что впереди они перерастают в умилительно округлое пузико. Из-под тесной футболки выпирало минимум сантиметров пять пухлой плоти, нависающей над еще более тесными джинсами. В прежние времена мы не утруждали себя одежными шоппингами — причина очевидна, полагаю, — но даже теперь, имея кучу денег, Саманта просто время от времени подкупала то, на что глаз упал, мол, симпатичная вещичка, и ладно. И в последнее время она явно не обновляла гардероб.
— Эй, Хьюстон, у вас проблемы? Есть кто-нибудь дома? Вроде не такой сложный вопрос.
— Извини… ты о чем?
— Кола, апельсин или "Доктор Пеппер"?
Не пялиться на ее живот, не пялиться на ее живот… — мысленно повторял я.
— "Пеппер", пожалуйста, — усилием воли перевел я взгляд куда-то ей за левое плечо.
Сэм скрылась на кухне, а я пытался думать о чем-то еще, а не о ее пухлом пузике. Увы, но я повернулся как раз когда она несла себе колу, а мне "Доктор Пеппер"; уверен, ее пузико колыхалось вовсе не так сильно, но мой разум, словно вооруженный увеличительным стеклом, подчеркивал и усиливал малейшие движения в этой области ее фигуры. Да, я пытался не пялиться, но даже краешком глаза я ловил ту самую полоску оголенной плоти между краем футболки и поясом штанов. Глубоко вздохнул; она плюхнулась рядом, протянула мне банку газировки, попыталась заправить футболку, прикрывая пузико — без толку; тогда Сэм подтянула к себе плед, укуталась и, прислонившись к моему плечу, поставила фильм на паузу.
— Спасибо, что посвятил мне весь день. Когда тебя нет, мне так скучно...
Сгребла горсточку чипсов, закинула в рот; поморщилась, покопалась под пледом, судя по звуку, расстегивая штаны. Виновато улыбнулась:
— Ты же не против? Штаны тесноваты, а я хочу устроиться поудобнее.
Ей, может, и стало удобнее, а вот мне нет. Я только и мог думать, что о ее пухлом животике, в который утрамбовывали целые мешки попкорна и чипсов. Что там было на экране, в упор не помню, не уверен даже, сколько именно фильмов мы тогда посмотрели. Саманта в итоге заснула прямо на диване, а рядос с ней валялась коробка из-под пиццы, которую мы заказали несколько раньше.
Я медленно встал, аккуратно устроил ее поудобнее, поправив подушку. При этом не отказал себе в удовольствии полюбоваться ее животиком. Нехорошо, наверное, ведь Сэм всегда была моим лучшим другом, но… любопытство сильнее. Круглый, плотно набитый, он категорически не помещался под футболкой… Накрыв девушку пледом и подоткнув его, я потопал в гостевую комнату, хотя и знал, что заснуть толком не смогу.

И вот сейчас я снова приехал к ней в гости, и никак не мог выкинуть из головы пухленькое пузико Сэм. А что, если оно стало еще больше? Нет, это просто мои фантазии, повторял я, ведь она могла и не поправиться. Или взять себя в руки и похудеть, почему нет.
— Заходи, смотри, что я нашла! — первое, что я услышал, переступив порог. Голос доносился из спальни.
Что ж, я туда и прошел. Посмотреть и правда было на что. Сэм откопала платье, купленное как минимум год назад — нет, скорее полтора, помню, она его носила еще до того, как выиграла в лотерею, надо же, как время-то летит. Тогда это платье, с учетом свободного кроя, было ей как раз впору.
Сейчас же… не совсем.
Было бы явным преуменьшением заявить, что оно стало Сэм тесновато. Я вообще не понимаю, как она втиснулась в него. Не знал бы — решил, что весь год в нем и проходила, продолжая поправляться. Нет, она не поправилась — она попросту растолстела. Платье на ее раздавшихся вширь телесах буквально трещало, короткие рукава врезались в предплечья, образуя валики складок, а между застегнутыми пуговками спереди так и выпирали ромбики пухлой белой плоти.
Я утратил дар речи, а Сэм улыбнулась, не поднимая взгляда:
— Нашла в шкафу, на нижней полке. Прикинь, насколько стало тесное?
Да уж. Я понимал, что она поправилась, но в этом платье каждый грамм, можно сказать, был на виду.
— Иди сюда, — девушка по-прежнему смотрела куда-то вниз, — сам посмотри.
Следом за ней я шагнул в ванную, и взгляд мой сам собою уткнулся туда же, куда смотрела и Сэм, восхищенная увиденным даже больше, чем платьем, из которого выросла.
Весы. Она встала на весы. Экран которых высвечивал красное "92". У меня во рту пересохло, я не знал, что и сказать — помнил только, что в прежние времена в Сэм и сорока трех кило не было, и то после того, как она устроилась в ту кафешку и нормально питалась хотя бы раз в день.
А она смотрела на меня — широко распахнутые глаза, неизменная улыбка. Мой же взгляд то поднимался к ее лицу — Сэм вся светилась от восторга, — то опускался к экранчику весов, периодически замирая на выпирающем животе.
— Видишь, как я растолстела? — без тени раскаяния проговорила она. Я только моргал, а Сэм сама посмотрела на весы, чуть наклонившись, чтобы новоокруглившийся живот не загораживал обзор. Потом похлопала по этому самому округлившемуся месту. — Только посмотри на этот живот! — рассмеялась она.
— Ты прекрасно выглядишь, — наконец сумел выговорить я. Вот не знаю, что именно она хотела от меня услышать. — В смысле, ты вроде бы счастлива, а когда ты наслаждаешься жизнью — это хорошо.
— Так какая все-таки я, — снова усмехнулась Сэм, — прекрасная, или все же счастливая?
Я просто стоял и молчал, как идиот. Ну а что тут ответишь.
— Толстая и счастливая? — не отрывая от меня взгляда, уточнила она. — Ну что ж, одно я знаю точно, — шагнула назад, спускаясь с весов, — все-таки надо наслаждаться жизнью не настолько… активно. Если я чуток поправилась, это одно дело, тут нет ничего дурного, но пожалуй, я все-таки слишком растолстела. — Критическим взором оценила свое отражение в зеркале, снова огладила выпирающий живот обеими руками. Повернулась в профиль, пытаясь оценить, что у нее там сзади. — У меня и задница стала большая! — Ущипнула себя за складку на боку, качнула бедрами. — Нет, ну ты посмотри, как оно колышется. Это вот так должны выглядеть все эти девки из эротических журнальчиков?
— Нет… да… — сердце мое отчаянно колотилось. — В смысле, все у тебя в порядке. По мне, так ты прекрасно выглядишь. — В горле у меня пересохло. — Прекрасно.
Взгляд Сэм не поддавался расшифровке.
— Да что с тобой такое творится? — отвернулась от зеркала, подошла ко мне.
Я знал, что отчаянно покраснел. Ладони вспотели. Происходящее невероятно возбуждало меня.
— Ничего. Извини.
Она сделала еще шаг. Я ощущал ее запах, сладко-фруктовый.
— Что с тобой? — повторила она. — Ну же, друг от друга у нас отродясь не бывало секретов.
Протянула руку… и я, не знаю, почему, подался назад.
— Извини.
— За что? Мне что, уже и дотронуться до тебя нельзя? — Сэм была озадачена, еще немного, и она на меня обидится.
А я-то как раз умирал от желания прикоснуться к ней. Почувствовать наощупь все ее мягкие девяносто два кило. Ощутить в своих объятиях ее роскошное тело...
— Извини, я...
— Все вы, мужики, так, — процедила она, — ты тоже теперь слишком хорош для меня? Немного лишнего веса, и сразу задний ход? Я-то думала, что уж ты как никто поймешь, каково мне наслаждаться жизнью...
Тут-то меня и прорвало. Я не хотел говорить этого, но слова сами вырвались наружу, как пена из включенного фонтана.<

bbw
+2
11002
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...